Удивительный и яркий пример того как приняв концепцию «война не решение» государственные чиновники не просто блокируют решение оборонных задач. Они отучаются в принципе понимать как такие задачи решаются. Мы неоднократно показывали на разных примерах — международных, отдельно на израильском,  интересы (гражданской бюрократии, политиков из «партий неограниченного правительства»), стоящие за таким странным выбором.

Но представить себе такой глубины неадекватности как в комментариях  растерянных американских дипломатов на наступление Асада и России в Алеппо мы не могли:

Опрошенные Reuters сотрудники американской администрации утверждают, что Россия одерживает верх над США. «Кто выиграл? Путин, иранцы и Асад. Кто проиграл? Больше всего — мы [США], Иордания (там были расположены тренировочные лагеря для умеренной оппозиции. — РБК), Саудовская Аравия и государства Персидского залива», — приводит агентство слова одного из собеседников. «Россия не хотела заканчивать войну, она хотела в ней выиграть», — сказал другой источник, отвечая на вопрос о дипломатических усилиях Вашингтона.

Отказ от победы как от цели на национальном уровне привел к странной забвычивости чиновников — они не помнят как заканчивается подавляющее большинство войн — а именно победой одной из сторон и поражением другой. Исходы вроде стратегической ничьи — как в Тридцателетней войне (но с конкретными «локальными» победителями — Швецией, побежденными — Чехией, разоренными и обескровленными германскими государствами,  бенефициариями — Голландией) случаются значительно реже.
Без зачистки Государственного департамента, департамента обороны от новых дипломатов и от военных юристов как класса соответственно, Дональд Трамп не сможет сделать Америку снова великой. То же, в принципе, касается и Израиля. Необходимо вернуть слово «победа» в лексикон военных и изгнать выражение «военные преступления» из повседневного лексикона (вместе со всем корпусом «главного военного адвоката»). Поскольку в современной армии демократического государства военные преступления — исключительная редкость, а процессы над военными, игнорирующие факты, логику, отрицающие презумпцию невиновности — повседневное явление.